Глобальный нефтяной рынок, едва успев стабилизироваться в состоянии «низкоценовой посредственности», вновь оказался на пороге значительных потрясений. Беспрецедентная военная операция, предпринятая США и Израилем против Ирана в субботу, 28 февраля, кардинально изменила конъюнктуру, как минимум, временно.
В результате скоординированных ракетных ударов по правительственному комплексу в Тегеране, США и Израиль, продемонстрировав превосходство в разведке и логистике, ликвидировали большую часть высшего иранского руководства. Среди погибших – Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи и не менее семи членов его ближайшего окружения. По сообщениям различных СМИ, общие потери среди чиновников в первой волне атак достигают 40 человек. Помимо этого, американские и израильские силы нанесли сотни ракетных и бомбовых ударов по 14 иранским городам. Представители израильских военных ведомств уже заявили, что текущая кампания значительно масштабнее прошлогодних 12-дневных столкновений с Ираном.
Несмотря на первоначальный успех, существенно ослабивший иранский режим, предстоит решить вопрос с Корпусом стражей исламской революции (КСИР). Преданность КСИР режиму Хаменеи нельзя недооценивать, и нейтрализация этой силы может потребовать времени. Один из комментаторов Fox News сравнил КСИР, насчитывающий около 40 тыс. человек, с «армией в армии».
Краткосрочные последствия военных действий на Ближнем Востоке неизбежно приведут к росту цен на нефть. Эта причинно-следственная связь прослеживается на протяжении почти 53 лет, начиная с войны Судного дня в октябре 1973 года. Фьючерсные цены уже выросли более чем на 2% в пятницу, 27 февраля, в преддверии эскалации: Brent достиг $72,86/барр. (+2,45%), а WTI – $67,02 (+2,78%). По состоянию на воскресенье, 1 марта, аналитики прогнозировали скачок цен на $5–$12/барр. при открытии торгов. Отдельные пессимистичные прогнозы даже предвещали цену Brent в $90/барр. к понедельнику.
Дальнейший рост нефтяных котировок будет зависеть от продолжительности военной кампании, степени нарушения поставок иранской нефти, а также потенциального воздействия на контролируемый Ираном Ормузский пролив. Одно можно сказать наверняка: в ближайшей перспективе средние цены на бензин в США заметно превысят $3,00/галлон, против текущего уровня в $2,98/галлон.
Одним из факторов, способных несколько сгладить ценовой импульс, стало решение ОПЕК+ (ОПЕК и союзные страны), принятое в выходные. В воскресенье восемь членов альянса – Саудовская Аравия, Россия, ОАЭ, Казахстан, Кувейт, Ирак, Алжир и Оман – договорились увеличить ежедневную добычу на 206 тыс. барр./сут. после приостановки постепенного наращивания производства в начале года. В четвертом квартале ОПЕК уже нарастила добычу на 137 тыс. барр./сут.
Увеличение добычи может частично ослабить ожидаемый скачок цен при открытии фьючерсных рынков. Однако энергетические аналитики не ожидают, что это существенно сдержит рост. По иронии судьбы, Reuters сообщало, что, по данным источников, Саудовская Аравия в последние недели наращивала добычу и экспорт нефти примерно на 500 тыс. барр./сут. в рамках подготовки к американским и израильским ударам по Ирану. Учитывая дополнительные свободные мощности, Саудовская Аравия и ОАЭ, вероятно, смогут вывести на рынок дополнительные объемы в случае долгосрочного дефицита.
Ормузский пролив – этот узкий водный путь у южного побережья Ирана – является основным маршрутом транспортировки сырой нефти из стран-экспортеров, таких как Саудовская Аравия и Кувейт, к потребителям по всему миру. Считается, что Иран технически контролирует его северную часть. По данным Управления энергетической информации США (EIA), ежедневно через пролив проходит около 20 млн барр. нефти, что составляет примерно одну пятую ежедневной мировой добычи. В течение многих лет EIA называло пролив «критическим узким местом для транспортировки нефти».
На протяжении многих лет в ходе предыдущих споров с США и другими странами Иран неоднократно угрожал закрыть пролив. Во время 12-дневной войны с Израилем и США в прошлом году Goldman Sachs оценивал, что цены на нефть могут превысить $100/барр., если пролив будет закрыт полностью или частично на длительный срок. Тем временем господин Боб МакНелли, президент Rapidan Energy Group, сообщил CNBC, что в течение нескольких недель предупреждал своих клиентов о 75%-ной вероятности военной акции в Иране. Он назвал текущие события «очень серьезным развитием» для мировых рынков нефти и газа, учитывая их зависимость от Ормузского пролива.
Господа МакНелли и Энди Липоу, президент Lipow Oil Associates, заявили, что атаки могут значительно повысить риск перебоев с поставками нефти в регионе, даже если иранские нефтяные объекты пока не были непосредственно атакованы. По их мнению, наихудшим сценарием будет удар по нефтяной инфраструктуре Саудовской Аравии с последующим полным закрытием Ормузского пролива. Господин Липоу оценивает вероятность такого сценария примерно в 33%, учитывая текущее положение Ирана. Как справедливо отметил господин МакНелли, объекты вроде нефтяного завода на месторождении Абкайк в Саудовской Аравии, атакованного в 2019 году, используют специализированное оборудование, которое невозможно просто заказать у компаний-поставщиков в отрасли.
«Китайский угол» ситуации также критичен – КНР давно полагается на иранскую нефть. Азиатские экономики, включая Китай и Индию, особенно сильно пострадают в случае закрытия Ормузского пролива. В 2025 году Китай импортировал примерно 1,4 млн барр./сут. иранской нефти, обеспечивая более 80% морского экспорта сырой нефти из Ирана. В свою очередь, иранская нефть составляет более 13% морских импорта сырой нефти Китая, и примерно треть всего импорта нефти КНР проходит через Ормузский пролив.
Неудивительно, что Китай активно ищет альтернативные источники поставок, что, в теории, может еще сильнее поднять мировые цены на нефть. Даже если затронуты будут только поставки иранской нефти, это окажет глобальное влияние. В недавнем аналитическом обзоре, написанном в преддверии атаки, Клейтон Зигль, старший научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований (CSIS), отметил: «…поскольку нефть – это глобальный, взаимозаменяемый товар, нарушение поставок в одном месте влияет на цены везде. Потеря иранских баррелей заставит Китай конкурировать за замещающие поставки».
Господин Зигль разработал четыре потенциальных сценария развития текущей ситуации: 1) США или Израиль нарушают поставки иранской сырой нефти; 2) Иран нарушает судоходство нефти из арабских государств Залива; 3) США или Израиль напрямую атакуют иранские нефтяные объекты; и 4) Иран напрямую атакует нефтяные объекты арабских государств Залива.
По мнению Зигля, сценарий 1 является «обратимым», что означает, что США или Израиль могут в любой момент прекратить кампанию против иранских поставок без необратимого ущерба, после чего объемы экспорта восстановятся, как это наблюдалось после американского эмбарго на поставки венесуэльской нефти.
